Характеристика процессов институционализации мировой экономики, предпосылки и основные этапы становления "Шанхайской пятерки", ее трансформация в Международную организацию сотрудничества. Взаимодействие стран в сфере безопасности, торговли, культуры.
Аннотация к работе
Шанхайская организация сотрудничества, которая первоначально организовывалась как многосторонний механизм исключительно для укрепления мер доверия в военной области в районе границы, превратилась во влиятельную структуру многостороннего взаимодействия в различных областях, представляющих взаимный интерес. Не вызывает сомнений, что ШОС является вполне достойным примером стратегического партнерства, нацеленного на укрепление региональной безопасности, экономический прогресс и расширение интеграции в различных сферах при сохранении национальных и культурных особенностей стран-участниц. Все страны - члены ШОС нуждаются в сохранении стабильности и безопасности как внутренних, так и по периметру внешних границ, интенсификации решения социально-экономических и иных задач, совместном противодействии возникающим угрозам и вызовам их существования (как в военно-политической, так и в гуманитарной, духовной, экономической сферах), что придает организации дополнительную востребованность. Вместе с тем, серьезными препятствиями для ШОС как компонента формирующейся азиатской безопасности остаются диспропорции в экономическом развитии, размещении и состоянии дорожной и телекоммуникационной инфраструктуры, различный уровень устойчивости национальных валют, незавершенность политических преобразований в большинстве стран-участниц, наличие таможенных и иных барьеров между ними, обостряющаяся проблема незаконной миграции. Если для КНР первостепенное значение имеет вектор экономического сотрудничества, то для Российской Федерации приоритетными остаются все же поддержание стабильности в регионе и борьба с терроризмом и экстремизмом, незаконной миграцией, оборотом оружия, наркотрафиком.
Введение
институционализация экономика шанхайский международный
Актуальность темы исследования. Очень важной тенденцией современного этапа развития является интернационализация всех сторон жизни мирового сообщества. Сюда входит практика международных инвестиций, кооперирование производства и кредитно-финансовых связей между странами. А если учесть еще и то, что в наше время появились и катастрофически растут глобальные, общечеловеческие проблемы, грозящие жизни на земле, то, очевидно, что во всей остроте возникла необходимость регулирования международных отношений или другими словами институционализация международных отношений.
Институционализация - превращение какого-либо явления или движения в организованное учреждение, упорядоченный процесс с определенной структурой отношений, иерархией власти, дисциплиной, правилами поведения. Институционализация может касаться любой общественной сферы: хозяйственной, политической, религиозной и т. д.
Под институционализацией понимается создание во всех сферах мирового сообщества различных институтов в виде организаций, взаимоприемлемых норм и принципов, статусов и процедур, предназначенных играть роль мировых инструментов для стабилизации международных отношений и их успешного функционирования.
Процесс институционализации состоит из нескольких последовательных этапов: 1. возникновение потребности, удовлетворение которой требует совместных организованных действий;
2. формирование общих целей;
3.появление норм и правил в ходе взаимодействия;
4. появление процедур, связанных с нормами и правилами;
5.институционализация норм и правил, процедур, т.е. их принятие, практическое применение;
6. установление системы санкций для поддержания норм и правил, дифференцированность их применения в отдельных случаях;
7. создание системы статусов и ролей, охватывающих всех без исключения членов института.
Итак, финалом процесса институционализации можно считать создание в соответствии с нормами и правилами четкой статусно-ролевой структуры, одобренной большинством участников этого процесса. Без институционализации, без социальных институтов ни одно современное общество существовать не может.
Современная институционализация международной жизни проявляется через две формы правовых отношений: посредством универсальных организаций и на основе норм и принципов международного права.
Начиная с XIX в. стремление к интернационализации многих сторон общества вызвало необходимость создания новой формы международного сотрудничества - международные организации. В различных регионах мира образуются торгово-экономические, валютные, таможенные и политические объединения. Это объективный и закономерный процесс, появляющийся, прежде всего, в образовании множества международных и неправительственных организаций. Главной задачей современных международных организаций является создание конструктивной многосторонней базы международного сотрудничества, установление глобальных и региональных зон мирного сосуществования, их стабилизация, а также эффективное использование созданных или обновляемых механизмов международного сотрудничества.
Началом процесса институционального оформления ШОС считается подписание главами Китая, России, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана двух документов - Соглашения об укреплении мер доверия в военной области в районе границы (Шанхай, 26 апреля 1996 г.) и Соглашения о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы (Москва, 24 апреля 1997 г.).
Таким образом, актуальность темы исследования заключается в том, что впервые в рассматриваемом субрегионе (Центральной Азии) на высшем уровне было санкционировано одновременное введение не только многосторонних режимов транспарентности и мер доверия (связаны преимущественно с информационно-коммуникационным обменом, укреплением открытости и прогнозируемости военной деятельности), но и ограничительных режимов (режимов нераспространения), связанных с «запретом или ограничением на определенные виды деятельности, производство или применение некоторых видов вооружений и средств вооруженной борьбы», реструктивными мерами [1].
Шанхайская организация сотрудничества постепенно создала комплекс механизмов и договоренностей, позволяющих надлежащим образом обеспечивать устойчивость, стабильность и безопасность в регионе. Это дает специалистам основания, несмотря на ряд проблем и противоречий между участниками в видении приоритетов работы ШОС, сформулировать сдержанно оптимистичный прогноз относительно перспектив ее развития и вызывает оправданный интерес. По словам бывшего спецпредставителя Президента России по делам Шанхайской организации сотрудничества В. Воробьева: «ШОС показывает пример того, как различные цивилизации и религии могут находить объединяющие моменты и работать на общие интересы», не конфликтуя, а вырабатывая формулу конструктивного взаимодействия [2].
Эволюция Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) как одного из центральных компонентов трудно и долго формирующейся изза различного понимания безопасности и средств ее обеспечения, колоссальных разрывов в уровнях социально-экономического развития, несовпадения политической системы азиатской конструкции безопасности не только вызывает оправданный интерес, но и наглядно подтверждает справедливость данного высказывания.
Степень изученности темы. Что же касается анализа научного материала по теме исследования в целом, то в научной литературе не представлены отдельные работы, посвященные этой проблеме. Исследователи в большей степени интересуются различными аспектами безопасности в регионе и ролью в ней ШОС, а не процессом институционализации организации.
Однако, несмотря на отмеченные выше недостатки и отсутствие монографий, посвященных непосредственно развитию, методам и формам работы ШОС и ее аппарата, ряд публикаций отечественных, российских и китайских ученых оставляют благоприятное впечатление для изменения ситуации в части исследований в рамках указанного направления. С целью всестороннего анализа заявленной проблемы был проведен анализ литературы по теме исследования. Автор выделяет работы А. В. Баркова [3], В. Р. Борового [4], А. В. Змеевского [5], Г. В. Кирсанова [6], А. Лукина [7], И. И. Потемкиной [8], Син Гуанчена [9] и др.
Ришар Колас в своей работе « От НАТО к ШОС, процесс интеграции Украины в Евразийский союз...» делает выводы о том, что «ШОС не совсем военный блок, хотя главными задачами организации провозглашены укрепление стабильности и безопасности на широком пространстве, объединяющем государства-участники, борьба с терроризмом, сепаратизмом, экстремизмом, наркотрафиком, развитие экономического сотрудничества и энергетического партнерства, научного и культурного взаимодействия» [10].
В работе Александра Добойи: «Станет ли ШОС евразийским АНТИНАТО?» анализируются точки зрения западных аналитиков о новом статусе ШОС. На Западе считает автор «Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС) часто называют «вторым НАТО», считая ее своего рода преемником Организации Варшавского договора, только на этот раз во главе с Китаем. Некоторые аналитики склонны видеть в ШОС инструмент по насаждению влияния Китая в России и странах Центральной Азии. Между тем, многие страны, играющие далеко не последнюю роль в евроазиатской политике, стремятся пополнить ряды ШОС - Индия, Пакистан, Иран. Что это за организация, каковы перспективы ее расширения и действительно ли она потенциально может играть роль военно-политического блока - противовеса НАТО на евроазиатских просторах?» [11].
Игорь Шевырев в своей работе «ШОС и глобализация» рассматривает вопрос о роли международных организаций, в том числе и ШОС в процессе глобализации и управления и считает, что « юридически этот процесс в рамках международных организаций (типа ВТО, МВФ, Всемирного банка) еще окончательно не оформлен, но де-факто это так» [12].
В работе «Экономика в деятельности ШОС не менее важна, чем политика». Григорий Логвинов рассматривает тему экономического взаимодействия в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) «при освещении СМИ деятельности организации незаслуженно остается в тени на фоне того внимания, которое уделяется сотрудничеству шести стран-членов организации в борьбе с терроризмом, экстремизмом, сепаратизмом, наркотрафиком. Это едва ли обосновано, поскольку не дает полного представления о сути ШОС, подпитывает различные домыслы о ее сугубо силовом профиле» [13].
Нурсултан Назарбаев в работе «ШОС: десять лет истории» высказывается о том, что «символично, что на самом старте нового века лидеры Казахстана, Китая, Кыргызстана, России и Таджикистана создали Шанхайскую организацию сотрудничества. Минуло десять драматических лет новейшей истории. Можно подвести некоторые итоги. И еще очень важно понять будущее организации, ее роль в столь непредсказуемых водах современной политики» [14].
Б.Каримов в статье «Приоритеты региональной интеграции в пространстве ШОС» указывает на то, что равноправное и взаимовыгодное партнерство в различных областях экономики будет и дальше развиваться по восходящей и Шанхайская организация сотрудничества на деле подтвердит ожидания, связанные с ее ролью весомого элемента укрепления безопасности и стабильности, гармонизации интеграционных процессов в Евразии [15].
В работе использовались такие официальные документы, как Хартия ШОС, Декларация о создании ШОС, Соглашение между РФ, Республикой Казахстан, Киргизской республикой, Республикой Таджикистан и КНР о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы, Соглашения между Российской Федерацией, Республикой Казахстан, Киргизской Республикой, Республикой Таджикистан и Китайской Народной Республикой об укреплении доверия в военной области и районе границы, Совместное Заявление участников Алма-Атинской встречи - Республики Казахстан, КНР, Кыргызской Республики, РФ и Республики Таджикистан, Душанбинская Декларация глав государств Республики Казахстан, КНР, Кыргызской Республики, РФ и Республики Таджикистан, Шанхайская Конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, Соглашение между государствами-членами ШОС о Региональной антитеррористической структуре, уставы ведущих международных организаций и ряд других международных договоров.
Вместе с тем, анализ литературы и источников по данной теме позволяет сделать вывод о том, что узкоспециализированный характер, преобладание описательных подходов, поверхностность оценок не всегда позволяют в должной степени, комплексно рассмотреть эволюцию данной организации, степень ее влияния на укрепление безопасности (особенно в Центральноазиатском регионе).
Поэтому, учитывая значимость, актуальность и недостаточную изученность темы, автор поставил целью дипломной работы - рассмотреть процесс институционализации Шанхайской организации сотрудничества за период с 1996 по 2011годы.
Задачи дипломной работы: • Проанализировать основные этапы эволюции ШОС
• Рассмотреть влияние процесса институционализации ШОС на решение проблем региона
• Проанализировать основные направления деятельности ШОС в процессе институционализации
• Раскрыть проблемы и перспективы институционализации ШОС
Объектом исследования является рассмотрение процесса институционализации международной организации в современной системе международных отношений
Предметом исследования является рассмотрение процесса институционализации региональной организации ШОС с 1996 по 2011год.
Научная новизна дипломной работы заключается в попытке автора проанализировать обширный круг литературы и источников для определения значимости процесса институционализации ШОС и его влияния на решение многих проблем мирового сообщества, проблем региона, в том числе и в решение проблем стран Центральной Азии.
Методы исследования основываются на использовании системного и хронологического подходов, которые способствуют выработке комплексного анализа процесса институционализации региональной организации ШОС на современном этапе.
Практическая значимость работы заключаются в том, что материал был использован при подготовке к семинарским занятиям и самостоятельной работе, а также основные положения и выводы по теме исследования автор представил в виде доклада на студенческую научную конференцию.
Структура дипломной работы. Дипломная работа состоит из введения, двух разделов, заключения, списка литературы и приложений.
1. Институциональное развитие ШОС (1996-2001гг.)
1.1 Предпосылки и основные этапы становления «Шанхайской пятерки»
Международные организации относятся к числу наиболее развитых и разнообразных механизмов упорядочения международной жизни. Заметное повышение активности международных организаций, равно как и значительное увеличение их общего количества, является одним из примечательных феноменов современного международного развития. Понятно, что межгосударственные организации оказывают гораздо более ощутимое воздействие на международно-политическое развитие - в той мере, в какой главными действующими лицами на международной арене остаются государства.
В принципе в таком развитии можно видеть предпосылки для радикальной трансформации системы международных отношений и формирования глобального мирового сообщества, в котором самоорганизация и регулирование общественных процессов будут осуществляться не через взаимодействие между государствами, а непосредственно, с помощью механизмов прямого действия.
Предпосылки к созданию Шанхайской организации сотрудничества были заложены еще в 60-е годы XX века, когда СССР и КНР вступили в переговоры по разрешению территориальных споров. После распада Советского Союза появились новые участники переговоров в лице России и государств Центральной Азии. После того как КНР разрешил территориальные споры с соседними государствами СНГ ( Россией, Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном) появилась возможность дальнейшего развития регионального сотрудничества. Прообраз ШОС - механизм «Шанхайской пятерки», изначально получил развитие на базе укрепления доверия и сокращения военной силы в приграничных районах КНР с Россией, Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. После окончания холодной войны в международной и региональной обстановке произошли серьезные изменения, мир и развитие стали веянием эпохи. Вслед за этим на повестку дня встал вопрос об укреплении отношений добрососедства, взаимного доверия, дружбы и сотрудничества между пятью соседними странами - Китаем, Казахстаном, Россией, Таджикистаном и Кыргызстаном. В 1996 и 1997 годах, главы пяти государств на встречах в Шанхае и Москве подписали «Соглашение об укреплении доверия в военной области в приграничных районах» и «Соглашение о взаимном сокращении вооруженных сил в приграничных районах», что стало важным историческим этапом, приведшим к запуску механизма под названием «Шанхайская пятерка». После этого подобная форма ежегодных встреч стала устоявшейся и проводилась поочередно в каждой из пяти стран. Содержание встреч также постепенно расширялось от обсуждения вопросов укрепления доверия в приграничных районах до развития всестороннего взаимовыгодного сотрудничества в сферах политики, безопасности, дипломатии, а также торгово-экономической, культурно-гуманитарной и других областях [16]
На встрече лидеров пяти стран в Шанхае наряду с подписанием Соглашения об укреплении мер военного доверия также было принято решение о проведении ежегодных встреч «Шанхайской пятерки», что фактически свидетельствовало не только о создании механизма регулярных встреч, но и о начале его функционирования. Механизм встреч в рамках пятерки стран-участниц получил название форум «Шанхайской пятерки».
Форум «Шанхайской пятерки» прошел в своем развитии 3 этапа.
Первый этап - с ноября 1989 по декабрь 1991 гг.(советско-китайские договоренности - 24 октября 1992 г. в ходе переговоров по пограничным вопросам заместители министров иностранных дел РФ и КНР подписали документы об основных принципах создания топографической карты участков местности на границах Китая с Россией (западный участок), Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном) это период, когда рушился Советский Союз, а китайско-советские переговоры велись по формуле «один на один». В ноябре 1989 г. между Китаем и Советским Союзом начались переговоры о взаимном сокращении вооруженных сил в приграничной зоне и укреплении мер доверия в военной области. Переговорный процесс шел весьма динамично и 24 апреля 1990 г. было подписано Соглашение между правительством СССР и правительством КНР о руководящих принципах взаимного сокращения вооруженных сил и укреплении доверия в военной области в районе советско-китайской границы. Стороны договорились осуществить взаимные сокращения вооруженных сил и укрепление мер доверия в военной области в районе советско-китайской границы. Стороны должны были предпринять необходимые меры, чтобы дислоцированные в районе советско-китайской границы войска сторон по своей структуре были способны выполнять лишь оборонительные задачи, и лишены способности осуществлять внезапное нападение и вести наступательные операции [17; с.150-155].
Взаимная заинтересованность сторон заключалась в налаживании отношений, а также в решении проблемы в районе советско-китайской границы. Сокращения вооруженных сил Сторон в районе советско-китайской границы должны были осуществляться по принципу асимметричности, сочетать односторонние и двусторонние меры, причем та Сторона, которая обладает превосходством в какой-то области, производит в этой области сокращения в больших объемах [18].
Сокращения призваны были в первую очередь охватывать наступательные компоненты вооруженных сил Сторон в районе советско-китайской границы. Сокращения производились поэтапно, целостными воинскими формированиями. Боевые объекты, сокращаемые по согласованию Сторон, приводились в состояние, непригодное для использования по боевому предназначению, или переоборудовались для гражданских нужд [19; с. 39-45].
Взаимные сокращения вооруженных сил осуществлялись в согласованных Сторонами географических зонах района советско-китайской границы.
Стороны путем консультаций разрабатывают эффективные меры по укреплению доверия в военной области в районе советско-китайской границы. До всестороннего разрешения пограничных вопросов между двумя странами Стороны строго соблюдают статус-кво на границе, предпринимают все необходимые меры для поддержания нормального порядка на границе и предотвращения случаев нарушения статус-кво на границе [20].
На данном этапе отношений складывались базовые принципы сотрудничества государств, на которых возникла «Шанхайская пятерка».
Найденный «Шанхайской пятеркой» новый тип отношений между государствами подразумевает: добрососедство и взаимное доверие, равноправие и взаимная выгода, солидарность и сотрудничество, совместное развитие, становление добрососедских, дружеских и партнерских отношений.
Новый образец концепции безопасности - это максимальное сокращение вооруженных сил и военной деятельности в зоне границ на основе взаимного доверия, путем диалога и консультаций, усиление прозрачности и укрепление дружественных контактов, создание границ добрососедства и дружбы, т.е. защита государственной и региональной безопасности, дальнейшее стимулирование взаимоотношений. Эта модель безопасности едина по духу с пятью принципами мирного сосуществования и другими общепринятыми нормами международных отношений. Данная модель концепции безопасности противоположна модели «холодной войны», модели усиления военных блоков, санкций, применения силы или угрозы применения силы, т.е. установления однополярного мира путем ведения политики силы.
Механизм регионального взаимодействия - это механизм сотрудничества многих стран. Он является открытым для других стран и не направлен против них. «Шанхайская пятерка» приветствовала вступление других стран региона в свои ряды, чтобы благоприятствовать миру и развитию, как данного региона, так и всего мира. То, что президент Узбекистана Каримов принял участие в саммите глав государств «Шанхайской пятерки» в Душанбе в качестве наблюдателя, является конкретным проявлением открытости этого механизма. Представители других стран также могут принимать участие в работе «Шанхайской пятерки»: в качестве официальных участников, наблюдателей, сотрудничая в сфере безопасности, экономики и т.д. Их участие может внести дальнейший вклад в дело мира, в развитие данного региона, в дальнейшее совершенствование механизма взаимодействия в рамках «Шанхайской пятерки». Позиция неприсоединения и отсутствие антагонизмов во внешней политике пяти стран подтверждает, что данное соглашение не направлено против третьих стран и одновременно является гарантией обязательства «Шанхайской пятерки» не вести деятельности, направленной против третьих стран.
Второй этап - с декабря 1991 по апрель 1997 гг. (появились национальные координаторы - «Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества», «Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» и «Совместное заявление о подключении Узбекистана к механизму „Шанхайской пятерки“» ).
Это этап двусторонних переговоров пяти стран, на которых выступали, с одной стороны Китай, а с другой - совместная сторона, представлявшая четыре государства: Россию, Казахстан, Киргизию и Таджикистан. После того как в декабре 1991 г. произошел распад Советского Союза, эти страны сформировали совместную делегацию для продолжения переговоров с Китаем по пограничным вопросам, а также по вопросам сокращения численности войск в пограничных районах и укрепления мер доверия в военной сфере. При этом в ходе переговоров по последнему блоку вопросов обе стороны, исходя из «Соглашения о руководящих принципах», подписанного Китаем и Советским Союзом в апреле 1990 г., достигли единства мнений по поводу соглашения об укреплении мер военного доверия.
Развертывание совместной деятельности стран «Шанхайской пятерки» проходило не изолировано, а возникало и развивалось на фоне разрешения пограничных вопросов Китая с Россией, Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном, а также сближения характера процесса развития двусторонних отношений последних четырех стран.
В связи с этим в развитии процесса взаимодействия в рамках стран «Шанхайской пятерки» проявились две тенденции.
Первая тенденция - развертывание деятельности стран «Шанхайской пятерки» синхронно с разрешением пограничных вопросов между Китаем и Россией, Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном. В мае 1989 года Горбачев посетил Китай с визитом и парафировал Соглашение между СССР и КНР о советско-китайской государственной границе на ее восточной части. В мае 1991 г. Цзян Цзэминь нанес ответный визит в Советский Союз, и стороны официально подписали это соглашение. В марте 1992 года Китай и Россия обменялись ратификационными грамотами по Соглашению о границе между Китаем и Россией на восточном участке. В сентябре 1994 года Цзян Цзэминь посетил с визитом Россию, стороны подписали Соглашение о границе между Китаем и Россией на западном участке, а в октябре 1995 года обменялись ратификационными грамотами по указанному Соглашению. В итоге впервые была юридически закреплена граница между Китаем и Россией протяженностью 4300 км. Одновременно пограничные вопросы Китая с Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном также получили надлежащее разрешение.
Китай и Киргизия в июле 1996 г., во время визита председателя Цзян Цзэминя, в Бишкеке подписали Соглашение о государственной границе между Китаем и Киргизией. В августе 1999 г., во время четвертого саммита глав государств «Шанхайской пятерки» в Бишкеке, председатель КНР Цзян Цзэминь подписал с президентом Акаевым «Дополнение к Соглашению о государственной границе между Китаем и Киргизией», разрешившее вопрос о границе между двумя государствами протяженностью более 1000 км.
В августе 1999 года президент Таджикистана И.Рахмонов посетил с визитом Китай и во время встречи в г. Даляне с Цзян Цзэминем подписал Соглашение о государственной границе между Китаем и Таджикистаном по участкам, по которым были достигнуты договоренности путем консультаций.
Стороны договорились о том, что они будут искать приемлемые способы решения разногласий на основе ныне действующих договоров, касающихся государственных границ двух стран, согласно общепризнанным нормам международного права, в духе равноправия и консультаций, взаимопонимания и взаимных уступок, путем переговоров в отношении тех участков границы, по которым сторонами еще не достигнуто единство взглядов. В июле 2000 г., во время пятого саммита глав государств «Шанхайской пятерки» в Душанбе, главы трех государств - Китая, Таджикистана и Киргизии - подписали Соглашение между Китаем, Таджикистаном и Киргизией о пункте стыковки государственных границ трех стран. Эти два соглашения заложили прочную основу для решения пограничного вопроса между Китаем и Таджикистаном.
В апреле 1994 г. премьер Госсовета КНР Ли Пэн нанес визит в Казахстан, и стороны подписали Соглашение о государственной границе между Китаем и Казахстаном. В сентябре 1997 г. премьер Ли Пэн вновь нанес визит в Казахстан, во время которого стороны подписали «Дополнение к Соглашению о государственной границе между Китаем и Казахстаном».
Все упомянутые договоры и соглашения явились результатом практической деятельности «пятерки» как одно из ее важнейших направлений.
26 апреля 1996 года в Шанхае состоялась первая встреча лидеров Китая, России, Казахстана, Киргизии и Таджикистана, на которой было подписано Соглашение об укреплении мер военного доверия. В соответствии с ним вооруженные силы сторон, размещенные в приграничной зоне, не должны осуществлять нападения друг на друга, проводить военные учения, направленные против другой стороны, где другая бы сторона выполняла бы функции потенциального противника. Взаимному ограничению подлежали также масштаб, рамки и число учений. Стороны обязались взаимно информировать друг друга о важных военных мероприятиях, которые они проводят в пределах стокилометровой зоны, прилегающей к совместной границе; приглашать наблюдателей от противной стороны на свои учения; предупреждать об опасных военных действиях, укреплять дружественные контакты между военнослужащими армий, дислоцированных в приграничной зоне, и пограничниками.
На встрече лидеров пяти стран в Шанхае наряду с подписанием Соглашения об укреплении мер военного доверия также было принято решение о проведении ежегодных встреч «Шанхайской пятерки», что фактически свидетельствовало не только о создании механизма регулярных встреч, но и о начале его функционирования.
Вторая встреча в рамках этого форума проходила с 24 по 25 апреля 1997 года. На этой встрече сторонами выступали, с одной стороны, КНР, с другой - совместная сторона, представленная Россией, Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном. Было подписано Соглашение между Российской Федерацией, Республикой Казахстан, Киргизской Республикой, Республикой Таджикистан и Китайской Народной Республикой о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы.
Географическими пределами применения Соглашения явился географический район, расположенный на глубину в 100 километров по обе стороны от линии границы между Россией, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном, с одной стороны, и Китаем, с другой стороны. В качестве чувствительных районов выделялись отдельные ограниченные по площади районы в географических пределах применения Соглашения. На Восточном участке с Российской Стороны - это Хабаровский район и Владивостокский район [21].
В соответствии с этим Соглашением обе стороны сократили свое военное присутствие в районе границы до уровня, соответствующего добрососедским отношениям между двумя сторонами. Практически это означало, что вооруженные силы, размещенные в зоне границы, выполняли лишь оборонительные функции: - стороны взаимно отказались от применения вооруженной силы или угрозы ее применения;
-перестали стремиться к получению одностороннего военного преимущества; - размещенные в зоне границы воинские контингенты не подвергались взаимному нападению;
- было решено подвергнуть сокращению и ограничению численный состав и основные виды вооружений сухопутных, военно-воздушных, пограничных войск и ВВС ПВО, размещенных в стокилометровой зоне по обе стороны границы;
- устанавливался максимальный допустимый порог численности штатного состава и вооружений после проведения сокращений;
- определялись методы и сроки проведения сокращения вооруженных сил;
- предполагался обмен материалами о вооруженных силах сторон в зоне границы и проведение контроля за ходом исполнения соглашения. Соглашение установило, что на протяжении 7000 км линии совместной границы общая максимальная численность военнослужащих сухопутных войск, ВВС и ВВС ПВО, размещенных каждой из сторон в пределах своей территории на глубину 100 км, не должна превышать 130 тысяч 400 человек. Соглашение также установило, что стороны должны на регулярной основе обмениваться военной информацией, касающейся приграничной зоны. Срок действия Соглашения - по 31 декабря 2010 г. При обоюдном согласии соглашение может быть пролонгировано [22].
Содержание подписанных соглашений позволяет говорить о том, что на данном этапе речь шла не о создании военно-политического блока, а только о гарантиях ненападения друг на друга.
Подписание этих двух соглашений явилось результатом последовательного развития отношений добрососедства, взаимного доверия и взаимовыгодного сотрудничества между странами пятерки. Эти соглашения уже сыграли, и будут продолжать играть положительную роль во взаимоотношениях между странами «пятерки» как в сфере региональной безопасности, так и международных отношений вообще.
Третий этап - после апреля 1997 года по 2000 год. (Начала складываться новая международная организация). Это этап многосторонних переговоров пяти равноправных стран и одновременно пяти участников: Китая, России, Казахстана, Киргизии и Таджикистана.
После успешного завершения переговоров по укреплению мер доверия в военной области и по взаимному сокращению вооруженных сил, первоначальная формула переговоров - двусторонние переговоры, на которых в качестве одной стороны выступает Китайская Народная Республика, а в качестве второй - совместно Россия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан, изменилась на формулу «многосторонние переговоры пяти стран - пяти равноправных участников». Расширилось содержание переговоров, и теперь на них не только затрагивалась военная проблематика, связанная с приграничными зонами пяти стран, но и начался широкий обмен мнениями по проблемам политики, дипломатии, военным вопросам, вопросам безопасности и экономики. В ходе переговоров согласовывались позиции сторон, стороны выразили поддержку друг другу и между ними начало разворачиваться реальное сотрудничество.
С 3 по 4 июля 1998 года в Алма-Ате прошла третья встреча лидеров стран форума «Шанхайской пятерки» и было подписано «Алмаатинское заявление». В соответствии с ним Стороны взяли обязательство принимать все необходимые меры по обеспечению неукоснительного выполнения Соглашения о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы от 24 апреля 1997 г.; договорились активно развивать двусторонние и региональные диалог и консультации по вопросам безопасности и приветствовали подключение к этому процессу всех заинтересованных государств региона. Стороны выразили единство в том, что любые проявления национального сепаратизма, этнической нетерпимости и религиозного экстремизма неприемлемы. Они будут принимать меры по борьбе с международным терроризмом, организованной преступностью, незаконным оборотом наркотиков [23].
Постепенно происходит расширение сфер сотрудничества между государствами-участниками «Шанхайской пятерки».
5 июля 2000 г. в Душанбе прошел Саммит стран «Шанхайской пятерки», итогом которого стало принятие «Душанбинской Декларации». В соответствии с ней, стороны приняли решение о том, что для дальнейшего углубления взаимного доверия и дружественного сотрудничества пяти государств в военной области, для консолидации совместных усилий в сохранении мира и стабильности в регионе целесообразно проводить совещания министров обороны и консультации между оборонными структурами государств-участников «Шанхайской пятерки» [24; с.12-16].
Это явилось новым пунктом в отношениях между странами.
Процесс взаимодействия «Шанхайской пятерки» связан непосредственно с развитием внутренней ситуации в каждой из стран, ситуацией в регионе и международной обстановкой в целом. Внутренняя ситуация характеризовалась тем, что после окончания «холодной» войны и распада Советского Союза Россия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан перешли к проведению государственного курса на независимость, а Китай - курса, для которого в качестве приоритетной была определена идея экономического строительства. Все пять стран оказались перед необходимостью решения сложнейших задач по возрождению своей экономики, многотрудному выходу на уровень современной мировой науки и техники, противостоянию вызовам глобализации экономики. В связи с этим задача национального возрождения для каждой из пяти стран сводится к обеспечению мирного и стабильного внешнего окружения и многостороннего сотрудничества с соседними государствами.
В данном регионе, в частности, в Средней Азии, Закавказье и прилегающих районах, международные группировки национальных сепаратистов, религиозных экстремистов, международных террористов, а также группировки, промышляющие контрабандой наркотиков и оружия, активно развернули свою преступную деятельность. В различных государствах Средней Азии начинает развиваться экстремистское течение ислама - ваххабизм. Именно последователи ваххабизма проводят террористические акции, связанные с многочисленными взрывами, похищениями людей и убийствами. Прямой иллюстрацией этого являлись события, происходившие в Узбекистане и на юге Киргизии в 1999 году.
В этом же году они предприняли попытку новых террористических актов, предпринимаемых в целях свержения в странах Средней Азии светской власти и установления в них исламских теократических режимов. После того как российская армия нанесла ощутимый удар по чеченским сепаратистам, силы международного исламского экстремизма перешли к отчаянному сопротивлению. Беспрерывно происходили вооруженные нападения, устраивались взрывы и другие террористические акты. Цель этих действий - вернуть свои былые позиции и создать на Северном Кавказе исламистское государство. Так, Афганистан не только являлся рассадником международного терроризма, но одновременно и одним из крупнейших в мире производителем наркотиков. Именно Афганистан производит 75% от мирового объема находящегося в незаконном обороте героина. Афганский героин контрабандно вывозится сначала через границу на территорию Таджикистана, затем через Киргизию, Казахстан, Россию и далее поставляется в Западную Европу. Преступная интернациональная деятельность создает серьезную угрозу безопасности среднеазиатского региона [25; с.8-12].
Все это потребовало от участников «Шанхайской пятерки» углубления сотрудничества в сфере коллективной безопасности, а значит, было необходимо вывести «Шанхайский форум» на новую организационную ступень. Рост взаимозависимости мира, возникновение и обострение глобальных проблем необычайно увеличили объективные потребности в усилении регионального взаимодействия и способствовали расширению его сфер. В целом нами были выявлены три основных направления регионального взаимодействия: безопасность, экономическое и культурное сотрудничество.
В рамках направления, связанного с вопросами безопасности, следует отметить, что Пекин изначально, посредством созданной организации, намеревался решить проблемы сепаратизма. Известно, что пик угроз, исходящих из Синьцзяна отмечался в 1990-1997 гг., в связи с этим, Китай стрем
Вывод
Шанхайская организация сотрудничества, которая первоначально организовывалась как многосторонний механизм исключительно для укрепления мер доверия в военной области в районе границы, превратилась во влиятельную структуру многостороннего взаимодействия в различных областях, представляющих взаимный интерес.
Не вызывает сомнений, что ШОС является вполне достойным примером стратегического партнерства, нацеленного на укрепление региональной безопасности, экономический прогресс и расширение интеграции в различных сферах при сохранении национальных и культурных особенностей стран-участниц.
Развитие ШОС в среднесрочной перспективе оценивается позитивно. Основанием для оптимистичных прогнозов служит уже то обстоятельство, что все страны-участницы географически близки, их связывает схожая история, общая культура, прочные традиции дружественных контактов. Все страны - члены ШОС нуждаются в сохранении стабильности и безопасности как внутренних, так и по периметру внешних границ, интенсификации решения социально-экономических и иных задач, совместном противодействии возникающим угрозам и вызовам их существования (как в военно-политической, так и в гуманитарной, духовной, экономической сферах), что придает организации дополнительную востребованность.
Вместе с тем, серьезными препятствиями для ШОС как компонента формирующейся азиатской безопасности остаются диспропорции в экономическом развитии, размещении и состоянии дорожной и телекоммуникационной инфраструктуры, различный уровень устойчивости национальных валют, незавершенность политических преобразований в большинстве стран-участниц, наличие таможенных и иных барьеров между ними, обостряющаяся проблема незаконной миграции. Наконец, энергетический фактор способен сыграть как позитивную, объединяющую роль (вспомним инициативу о создании Энергетического клуба в рамках ШОС), так и спровоцировать обострение отношений между крупными экспортерами и импортерами топливно-энергетических ресурсов (Россия, Казахстан). Нельзя забывать и о столь важном и потенциально конфликтообразующем факторе, как экологический.
Но самым главным препятствием для ШОС представляются противоречия в определении приоритетов в работе организации между ее крупнейшими государствами - Россией и Китаем. Если для КНР первостепенное значение имеет вектор экономического сотрудничества, то для Российской Федерации приоритетными остаются все же поддержание стабильности в регионе и борьба с терроризмом и экстремизмом, незаконной миграцией, оборотом оружия, наркотрафиком. И если страны-участницы будут поставлены перед выбором между экономикой и безопасностью, то велика вероятность того, что не все они вследствие неоднородности и различия в приоритетах политики выберут один и тот же аспект. Это, безусловно, может привести к тупиковой ситуации.
ШОС стремится к универсальности своих действий за счет выполнения различных задач, однако пока, кроме сферы борьбы с терроризмом, не создала ни законодательные, ни институциональные механизмы для их выполнения. Но подобное стремление без должной подготовки способно привести либо к потере эффективности всей организации, либо к неоправданным перекосам в конкретных сегментах и программах сотрудничества.
В то же время у военного сотрудничества в рамках ШОС - хорошие перспективы. Пока оно развивается не очень быстро, хотя отдельные достижения есть: встречаются министры обороны, регулярно проводятся совместные учения. Однако, по мнению специалистов, целесообразно предметно рассмотреть вопрос о создании сил быстрого реагирования ШОС, способных взять на себя полную ответственность за безопасность в регионе, с тем, чтобы присутствие внерегиональных воинских контингентов для стабилизации ситуации в Центральной Азии стало ненужным. Большие перспективы были бы и у миротворческих сил ШОС. Дело в том, что присутствие как американских войск (пусть под маркой «антитеррористической коалиции»), так и российских (в том числе и под эгидой Организации Договора о коллективной безопасности) воспринимается некоторыми кругами в государствах Центральной Азии с опасением как попытки крупных держав установить или восстановить свое влияние. Китайские войска в этом регионе также могли бы вызвать подобную реакцию. В то же время те же российские и китайские войска как часть миротворческих сил новой динамичной организации, в которой нет одной доминирующей силы, воспринимались бы совершенно иначе.
Второе направление, по которому у государств - членов ШОС имеется собственный и неизменно единый подход, - борьба с производством и сбытом наркотиков. В этих государствах сложилось устойчивое мнение, что ситуация с производством наркотиков в Афганистане с приходом туда войск антитеррористической коалиции скорее ухудшилась, ибо новые власти Афганистана не в состоянии коренным образом изменить положение дел и поток наркотиков в соседние страны только усиливается, представляя серьезную угрозу их безопасности. В настоящее время в рамках ШОС завершена работа над проектом соглашения о сотрудничестве в борьбе с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ.
Еще одна перспективная область сотрудничества, приобретающая все более отчетливые очертания, - экономика. Общие направления взаимодействия в этой области сформулированы в долгосрочной программе многостороннего экономического сотрудничества до 2020 г., принятой на первом заседании Совета глав правительств 23 сентября 2003 г. Ряд интересных предложений были выдвинуты на совещании экспертов в Пекине в ноябре 2003 г. В рамках организации создан деловой совет, в который инкорпорированы представители не только государственных структур, но и бизнеса. С его помощью под эгидой ШОС на основе тендера планируется реализация крупных проектов, значимых для народного хозяйства всех или нескольких стран-членов (по примеру проектов ООН), что будет иметь большой практический и демонстрационный эффект, позволив рядовым гражданам ощутить реальную и вполне осязаемую пользу от функционирования организации. Крупные компании также проявили бы интерес к ШОС как к серьезному заказчику. В данном направлении наибольшую поддержку могут получить проекты в области инфраструктуры (например, транспортные коридоры) и охраны природы, особенно водопользования - острейшей проблемы Центральной Азии. Однако для осуществления подобных проектов небольшого бюджета ШОС в 3,8 млн дол. США явно недостаточно. Для его увеличения или привлечения других источников финансирования особое значение может иметь создание инвестиционного фонда ШОС, который должен финансировать совместные проекты.
К деятельности ШОС проявляют большой интерес такие страны, как Индия, Иран, Пакистан, Монголия. Вопрос расширения пока «заморожен», однако в будущем такую возможность нельзя исключать. Можно предположить, что главным претендентом является Монголия в силу геополитической, военной и экономической связанности с Российской Федерацией и КНР. Иран также обладает большими шансами на вступление в ШОС как геостратегически важное государство для Центральной Азии. Более того, он является одним из основных звеньев в транспортном коридоре Север-Юг. Хотя с учетом последних событий, связанных с ядерной программой Ирана, шансы этого государства стать полноправным членом данной авторитетной международной организации несколько уменьшились.
Таким образом, в своей институциональной деятельности ШОС достигла значительных успехов. Ее создание повлияло не только на решение пограничных вопросов КНР с соседними странами, но и в немалой степени способствовало миру и стабильности в регионе, обузданию терроризма, сепаратизма и экстремизма, укреплению экономической кооперации, взаимодействия в промышленной, финансовой, энергетической, гуманитарной сферах между странами - членами данной организации. При этом организация представляет собой не союз либо военный блок, а скорее весьма эффективную, работоспособную модель регионального сотрудничества, основанную не на «дружбе против общего врага», а на взаимном доверии, обоюдовыгодном сотрудничестве больших и малых государств, совместной инициативе и приоритете безопасности.
Список литературы
1. Петровский В. Е. Азиатско-тихоокеанские режимы безопасности после «холодной войны»: эволюция, перспективы российского участия / В. Е. Петровский. - М. : Памятники ист. мысли, 1998. - 280 с.
2. Воробьев В. Региональная антитеррористическая структура ШОС уверенно двигается в сторону конкретных дел и практической отдачи [Электронный ресурс
3. Барков А. В. Шанхайская организация сотрудничества / А. В. Барков // Москов. журн. междунар. права. - 2003. - № 1. - С. 262-271.
4. Боровой В. Р. Возникновение Шанхайской организации сотрудничества и стратегия КНР в Центральной Азии / В. Р. Боровой // Вестник БГУ. Сер. 3. - 2004. - № 3. - С. 35-40.
5. Змеевский, А. В. Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом / А. В. Змеевский // Москов. журн. междунар. права. - 2001. - № 4. - С. 3-10.
6. Кирсанов Г. В. Шанхайская организация сотрудничества: правовые аспекты развития региональных антитеррористических институтов / Г. В. Кирсанов // Журн. рос. права. - 2004. - № 3. - С. 129-137.
7. Лукин, А. Шанхайская организация сотрудничества: проблемы и перспективы // Междунар. жизнь. 2004. № 3. С. 113 -126.
8. Потемкина И. И. Шанхайская организация сотрудничества / И. И. Потемкина // Внешнеэконом. бюл. - 2002. - № 6. - С. 60-63.
9. Син Гуанчен. Шанхайская организация сотрудничества: приоритетные направления // Мировая экономика и междунар. отношения. - 2002. - № 11. - С. 71-76.. 10 Ришар Колас. « От НАТО к ШОС, процесс интеграции Украины в Евразийский союз...»
10. Логвинов Г. «Экономика в деятельности ШОС не менее важна, чем политика»
11. Амреев Б. К. Исламский фактор в системе международных отношений. Казахстан и мусульманское сообщество / Б. К. Амреев // Актуальные проблемы внешней политики Казахстана : сб. ст. - М. : Рус. Раритет, 1998. - 230 с.
12. Байбулов Б. Формирование системы противодействия незаконному обороту наркотиков и злоупотреблению ими / Б. Байбулов // Вызовы региональной безопасности в Центральной Азии: материалы междунар. конф., 23-24 июня 2003 г. - Алматы, Центр внеш. политики и анализа, 2003. - С. 150-155.
13. Воронович В. В. Основные причины, предпосылки и факторы распространения терроризма в XXI в. / В. В. Воронович // Журн. междунар. права и междунар. отношений. - 2005. - № 4. - С. 39-45.
14. Мацель В. М. Международные организации / В. М. Мацель, В. П. Позняк, А. Н. Сычев. - Минск : Акад. управления при Президенте Респ. Беларусь, 2004.
15. Отто И. Незаконный оборот наркотических средств и незаконная миграция / И. Отто // Вызовы региональной безопасности в Центральной Азии : материалы междунар. конф., 23-24 июня 2003 г., Алматы : Центр внеш. политики и анализа, 2003.
16. Романов И. А. Стратегические приоритеты азиатско-тихоокеанской политики России / И. А.Романов // Вестник Московского Университета. Сер. 12 : политические науки. - 2002. - № 2. - С. 12-16.
17. Титаренко М. Россия, Китай, Индия в глобальном мире / М. Титаренко // Международная жизнь. - 2002. - № 9-10. - С. 8-12.
18. Обзор: военное сотрудничество - одна из динамично развивающихся сфер взаимодействия в рамках ШОС // Жэньминь Жибао. - 2006. - №6. - С. 16-25.
19. Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом // Москов. журн. междунар. права. - 2003. - № 1. - С. 2-6.
20. Виталий В. Эволюция Шанхайской организации сотрудничества в контексте формирования азиатской системы безопасности / В. Виталий // Международное право и международные отношения 2007. - № 2. - С. 21-25.
21. Международное обозрение: заметные успехи ШОС привлекли внимание всего мира // Жэньминь жибао. - 2007. - 9 марта.
22. Шанхайская Конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http:www.SCO.ru.
23. Заявление по итогам Соборных слушаний «Ядерные вооружения и национальная безопасность России» // Ядерные вооружения и национальная безопасность России : материалы Соборн. слушаний, 12 нояб. 1996 г. - М. : Клуб Реалисты, 1997. - С. 98-101.
24. Эсенбекова А. Т. История саммитов ШОС / А. Т. Эсенбеков // Дальний Восток. -.2007. - №6. - С. 32-38.
25. Работы РАТС чрезвычайно плодотворны // Жэньминь Жибао. - 2006. - №6.
26. Слуцкий Л. Геополитика на пороге перемен / Л. Г. Слуцкий // Российская газета. - 2006. - 14 июня.
27. Саидмуродов А. Эффективный механизм экономического сотрудничества // Биржа. - 2007. - №9.
28. Саидмуродов Абдурауф. Эффективный механизм экономического сотрудничества / Абдурауф Саидмуродов // Биржа. - 2007. - 20 сент.
29. Файгенбаум Эван. ШОС и будущее Центральной Азии / Эван Файгенбаум // Россия в глобальной политике. - 2007. - №6.
30. Меринов С. ШОС набирает очки / С. Меринов // Российская газета. - 2007. - 26 марта.
31. Караганов С. Россия: внешняя политика / С. Караганов // Российская газета. - 2008. - 22 июля.
32. Харитонова Н. И. ШОС : параметры энергетического диалога / Н. И. Харитонова // Российская газета. - 2006. - 26 ноября.
33. Бородавкин А. Н. Приоритеты ШОС /А. Н. Бородавкин // Российская газета. - 2008. - 11 декабря.
34. Матвеев В. А. Экономическое сотрудничество стран-членов ШОС: энергетический аспект / В. А. Матвеев // Материалы Третьего заседания Форума ШОС. - М. : МГИМО : МИД России, 2008. - С. 26-27.